Tags: й

Мимолетное

Только что вернулся с дивного концерта в Камерном зале филармонии.
Татьяна Тихоновна Гринденко озорничала.
Ее оркестранты обаятельно хулиганили.
Лев Семенович Рубинштейн щалил.
Музыкальные инсталляции Александра Моисеевича Бакши были необыкновенно остроумны.
Словом, все эти чрезвычайно достойные и уже, увы, не очень молодые люди вели себя, как рызыгравшиеся подростки.
И маленький, человек на сто, зал отвечал им полным пониманием. Готов был и к шалостям, и, простите высокопарность, к сотворчеству.
Еще бы - ведь в этом зале собрались тоже очень достойные и тоже, увы, не очень молодые люди.
Оглядываясь, я искал глазами тех, кто мне (и участникам этого чудесного концерта) сгодился бы в дети.
Нашел... два, нет, все-таки, кажется, три свежих лица. Человек, повторяю, на сто.
На литературных-то сборищах это разделение по возрастам уже привычно.
Выходит и в аузыкальной среде тоже.
А как у живописцев? У людей театра? У архитекторов, наконец?
Конфликта поколений вроде как и нет. Но то, что младшенькие старшенькими не интересуются, в их компанию стараются не ходить и к себе не зовут, факт, похоже, медицинский.